Мой маленький кошмар, мой крошечный кусочек брезента, ты еще бьешься?



Я спою тебе о далеком далеком море, которого ты не увидишь в силу того, что находишься аккурат за моими костями.




Давай лучше продолжим нашу игру в прятки, тебе это всегда нравилось...



- Давай, давай услышим голос по телефону, замрем, сделаем вид что 23 висельница - плод нашего воображения и продолжим высокомерно издеваться над ключицами.



Мой ноющий кусочек изоленты, ты намертво склеил плоть изнутри и не хочешь видеть свет. Мы с тобой в этом остались солидарны.



Напой мне о тенях ресниц и чьей-то туши,

Напой о беспричинности ухода,

Напой, кусок в груди, напой - я слушаю,

Напой же, жалкий лепет парафина.





Дамы, господа, он износился... Но что-то подсказывает тебе, Пьеро...Что-то говорит, что для некоторых жизнь не застынет янтарным изваянием. Твой мрамор потерпел сокрушительное фиаско, твой мрамор, дорогой, умеет чувствовать за тебя. Он рассказывает подсознанию о различных вариантах исхода и дремлет в начале всех твоих пьес, для того - что бы проснуться в самой середине и неудачно выкрикнуть своё надтужное: "Браво!"




Право же... Закрой глаза, залепи их пластелином цвета желчи...Где-то очень близко раскачивается 23 висельница...